Иркутск: Горячее для бездомных. - ГКУ ЦСА имени Е.П.Глинки

Идея подкармливать людей, попавших в тяжёлую жизненную ситуацию, не новая и не оригинальная. Это просто нужно кому-то делать. Понимая это, с нового года в Иркутске возродили акцию, названную без особых изысков – «Горячее питание для бездомных». Волонтёры благотворительного фонда «Оберег» готовят обеды и кормят всех желающих в иркутских церквях – именно там, где нуждающихся больше всего. Вторая в этом году акция прошла в минувшую пятницу в Рабочем, на территории храма во имя Казанской иконы Божьей Матери.

№ 1 из 1«Такие акции помогают людям выжить в тяжёлой ситуации, спасибо им за это», – говорит с благодарностью АлександрАвтор фото: Дмитрий ДМИТРИЕВ Разные люди.

Машина добровольцев фонда «Оберег» затерялась среди ледовых фигур. Хотя начало было назначено на час дня, и фургончик пунктуально приехал к этому времени, народ не толпится. Ксения Никитина, один из организаторов акции, рассказывает, что кормить нуждающихся в фонде придумали ещё в прошлом году.

– Горячие обеды задуманы именно как мероприятие в зимнее время – когда люди особенно нуждаются в горячем питании, в первую очередь те, кто живёт на улице. Готовит наш повар в помещении «Оберега», мы развозим пищу, на месте греем только чай. Обеды незамысловатые, но сытные – каша, паштет, хлеб, чай, конфетки. Кроме того, мы раздаём тёплые вещи, которые люди приносят в фонд.

Как говорят волонтёры, в прошлом году с организацией помогала мэрия – на условиях софинансирования выделили средства на продукты и одноразовую посуду. Тогда в течение месяца было роздано более трёхсот обедов. В этом году фонд пока справляется своими силами, хотя обещают, что в течение февраля мэрия опять начнёт помогать. С местом для мобильной столовой определились просто – договорились с отцом Сергием, настоятелем Казанской церкви. Отец Сергий отнёсся к акции с пониманием, благословил волонтёров, разрешил разместить объявления на стенах церковной изгороди, сам рассказывал о мероприятии своим прихожанам. Неделю назад на первый в этом году обед пришло шестнадцать человек. В прошедшую пятницу – примерно столько же. Люди приходят не только категории «бомж», но и самые разные.

– Есть люди очень открытые – пенсионеры, которым не хватает пенсии и внимания от детей. Много тех, кто потерял дом по различным причинам. И, конечно, люди, живущие на улицах, – рассказывает Ксюша. – Благодарны все. Но некоторые не хотят о себе рассказывать. Одни оставляют свои контакты, другие наотрез отказываются говорить даже имя. Хотя некоторые много лет живут на улицах и даже точно не знают год рождения. К нам неделю назад пришла девочка в тоненькой курточке и колготочках, без шапки и варежек. Не смогла сказать ни имени, ни года рождения, видимо, какие-то особенности в развитии. Ни читать, ни писать не умеет. Мы её одели, накормили, поддержали, чем могли. Но мы и сами не стремимся выведывать подробности у этих людей, чтобы их не отпугнуть, кто хочет – рассказывает сам.

Разные судьбы
Тем временем появляются и первые страждущие горяченького. Идут в основном из храма. Пацаны забежали попить горячего чая. Сказали, что «из Братска», но потом оказалось, что с соседней остановки Братская. Пенсионерка из Ангарска Любовь Александровна и вовсе подошла только спросить, где тут туалет. Осталась пообедать.

– Очень удивилась, когда увидела, что кормят! – рассказывает она. – Первый раз такое видела, когда была в Посольском монастыре под Улан-Удэ, там полностью столы накрывали. Я сама с запада, из-под Уфы, там такого нет!

Она приехала в Иркутск по делам – сына привезла лечить, что-то с глазами. Его отправила домой, а сама отправилась храм посмотреть – подруги рассказывали, что очень красиво.

– Не постеснялись обедать с бомжами?

– Я как-то с этого не страдаю, – объяснила она. – Когда шла от остановки, ни одного кафе не встретила. Зашла сюда, ещё никого не было. Выхожу и думаю: нужно ехать на вокзал, возвращаться в Ангарск, где бы хоть пирожок купить. А вы прямо Богом посланы, и каша вкусная!

Рядом степенно обедает Пётр – очень невысокий, тихий, покорный тяготам судьбы. Он иркутянин и самый настоящий бомж. До последнего времени снимал дом в Радищево, но стекло разбили, ключи потерял, ночью хотели ручку дверную оторвать и «на меня хозяева наорали и выгнали, десять дней живу на улице». Судьба, как у всех таких людей, витиеватая. Его отец жил при храме. Когда получил квартиру в Солнечном, где родился Пётр, не прижился в микрорайоне и обменял жильё на частный дом в Рабочем – обратно ближе к храму. При храме он и умер. Дом мать продала. Вот он и бомжует – по знакомым, кто чем поможет – кто хлебом, кто мелочью. Не работает, объясняет это туманно: «Сейчас устраиваюсь, не знаю, что будет – то будет».

А пока живёт в подъезде на лестнице. Если выгоняют – не спорит, идёт в соседний, говорит: «Не все ещё на замки закрыты». На кормёжку попал случайно – шёл мимо…

Энциклопедия бродячей жизни
Александр – противоположность Петра. Высокий, плохо, но чисто одетый, не сдавшийся… Про обеды он знал с самого начала, при храме он свой – жил здесь полгода при православном реабилитационном центре. Потом ушёл, но при церкви прижился, притёрся, всех знает. Сам из Краснодарского края – там «квартиру продали, деньги пропили». Паспорт у Александра есть, а прописки нет. Здесь у него в малосемейке живёт сын, вот у него и обитает и боится, что сын женится: куда тогда идти?

– Я знаю, как выжить, – утверждает Александр и, «не отходя от кассы», даёт небольшой «курс молодого бомжа». Он казался бесценным источником мудрости бродячей жизни.

Оказавшись на улице, первым делом нужно заработать денег. «Заработать» – это условно. Александр обычно сразу «приходит на церковь» – христарадничать. Кстати, он опроверг расхожие слухи, что у нищих, промышляющих при церквях, есть своя мафия: мол, с них деньги собирают некие бандиты и жестоко расправляются с чужаками. По словам Александра, при церквях просто работают одни и те же люди, которые неохотно пускают чужаков. Причины не только экономические.

– Поначалу гоняют, но если вклинишься, то принимают и не пристают. Если чужие появляются – нам это не надо, лишние не нужны. Бывает, один придёт, на следующий день за собой ещё двоих приводит. Они никаких правил не соблюдают, например, прямо у церкви стоят и пьют. Батюшка выйдет, спросит, кто такие, начинает ругаться, и из-за одного пьяного всех выгоняют.

Заработать так можно за день 300 – 500 рублей. После этого прямая дорога – закупаться на Центральный рынок. Основное меню – хлеб, «молочка» и консервы. Главные условия – пища закупается на раз, берётся только то, что можно съесть сразу, сегодня – хранить-то негде.

Остатки наличности уходят на раздачу долгов – если их хоть иногда не отдавать, скоро перестанут занимать. Ночевать после такого обычного трудового дня он идёт к сыну, если с ним в ссоре – по знакомым. Если не у знакомых – то на вокзал.

– С вокзала сейчас выгоняют, особенно если видят, что ты пьёшь. Если нет – можно продержаться две-три ночи, потом начинают узнавать и всё равно выгоняют. Бывает, беру билет до Ангарска, еду туда на два-три дня, там денег насшибаю – еду дальше. Один раз так до Тайшета добрался. С деньгами – как в Иркутске – или у церкви, или на улицах просишь. Ехать тоже можно – где бесплатно, где договоришься… В пути можно подработать так же, как в Иркутске, – на любом рынке помочь прикатить тележку, принести, разгрузить.

– Если холодно, покупаю спиртное. Сильно не спиваюсь, слежу за собой. На день бутылки хватает, – признаётся Александр. Тема алкоголя для бомжей болезненная, и не только в последнее время, из-за «Боярышника». Пьющие люди быстрее опускаются на улице.

– Вот по мне никто не скажет, что я бомж, я слежу за собой. Нужно не спиваться, мыться, бриться, – откровенничает Александр. – Много молодых людей, которые выглядят лет на сорок, пропитые, грязные. Можно же попросить денег, сходить в баню, здесь есть рядом с церковью, купить одноразовую бритву за двадцать рублей. Есть общественные туалеты, где есть горячая вода, – там можно умыться, побриться, почистить одежду. Даже на улице можно за собой следить. А им ничего не надо – напился, упал, и хорошо.

Бомжи сегодня на улицах в большинстве «родом» из девяностых, молодых появляются единицы. Большинство иркутских бомжей Александр узнал за годы кочевой жизни лично.

– Многих уже не видишь. Из-за того же «Боярышника» сколько померло – ужас. Известно же, какая среда его пьёт, – он всего пятьдесят рублей стоит… Но я эту гадость не пил никогда. Мне проще заработать и нормальной водки себе взять. Есть самогон домашний – если знать места. Я знаю, но никому не говорю, – беру деньги у человека, приношу ему, он со мной делится. Литр стоит четыреста рублей, делают для себя, так что качество – лучше всякой водки.

Про горячее питание для таких, как он, отзывается с благодарностью:

– Такие акции помогают людям выжить в тяжёлой ситуации, спасибо им за это.

Степенно облизав ложку и выплеснув остатки чая в сугроб, он уходит по своим делам, приняв от волонтёров связку тёплой одежды. Акция «Горячее питание для бездомных» с начала следующего месяца из храма вернётся домой – в течение всего февраля по будним дням она будет проходить в помещении фонда «Оберег» по адресу: ул. Помяловского, 19а. Принимается любая помощь, также здесь всегда рады волонтёрам.

Источник: http://irkutsk.riasv.ru/news/goryachee_dlya_bezdomnih/1670477/